11:22 Тыловики, наденьте ордена!
Уже в ноябре 1941 года завод 320 (ныне производственное объединение им. В.И. Чапаева) выдал первую военную продукцию — четыре тысячи видов боеприпасов. Шел усиленный прием рабочих на завод, в основном сельских жителей, вернее жительниц. Прибывали эвакуированные специалисты с военного завода № 11 из подмосковного города Краснозаводск. Много было мобилизованных из близлежащих городов — Горького, Цивильска.
Мне повезло. Шла в гости к 87-летней бабушке Александре Михайловне Запьянцевой, которая всю войну проработала на военном заводе. И застала ее с 89-летней подругой, Александрой Никифоровной Пименовой, которая также прибыла на завод 320 в 1942 году. Они рассматривали альбом с фотографиями прошлых лет и вспоминали будни военного тыла.
Александра Запьянцева считает, что ее всю жизнь хранит Господь. После ФЗО трудилась она механиком в Горьком, в 1942 году ее по мобилизации направили в Чебоксары, и когда она пришла устраиваться на работу, ее определили в одну из самых главных мастерских – 509-ую, где прессовались составы. Начальник отдела кадров сочувственно отнесся к худенькой девушке и посоветовал устроиться в 513-ую мастерскую, объяснив, что она самая чистая и несчастные случаи там реже бывают. Но Александра сказала: «Куда меня направили, туда я и пойду». И надо ж было случиться, что не прошло и двух недель, как в мастерской 513 на снаряжении ФОТАБ-50-35 произошел взрыв с человеческими жертвами. Сейчас Александра Запьянцева думает, что тогда ее уберег ангел-хранитель. Всю жизнь она проработала контролером ОТК.
«А я, ведь Шуронька, тоже в этой мастерской работала», – вступила в разговор Александра Пименова. – Я устроилась в эту мастерскую в июне 1942 года, а взрыв произошел двумя месяцами раньше. Мы иногда заходили в разрушенную часть мастерской. Там стоял железный ящик, а в нем лежал череп с черными косами. Кто его туда положил? Нам было очень страшно, но именно страх приучал к осторожности и аккуратности в работе — ведь мы делали бомбы.
На заводе была военная дисциплина. Кроме основной работы люди привлекались к строительству недостроенного завода, к погрузочно-разгрузочным работам, отправлялись на заготовку дров (угля не было — Донбасс оккупирован). Каждому работающему человеку выдавались хлебные карточки, по которым дневная норма хлеба составляла
Именно в это время широкий размах получило движение, так называемых «фронтовых» бригад». Одну из них возглавляла бойкая смышленная Александра Никифоровна. Уроженка 1920 года, она успела еще до войны в Цивильском сельхозтехникуме получить специальность агронома. Трудилась в тракторной бригаде и хорошо умела ладить с парнями. То, что ее мобилизовали в Чебоксары, считает подарком судьбы. «Ну, что бы я получила в Цивильске, – рассуждает убеленная сединами женщина, – трудилась бы всю жизнь агрономом. А здесь я прошла настоящую даже не школу, а историю жизни. До 44-го года работала на пиротехнике, потом меня забрали в подсобное хозяйство при заводе агрономом. Земледелие, растениеводство, селекция – это мне все было знакомо и нравилось. В подсобном хозяйстве я встретила своего «орловского рысака». Тракторист Пименов Александр был родом с орловщины. Поженились, двое сыновей-погодков родилось. А потом я много разных профессий сменила: была счетоводом-статистиком, товароведом, бухгалтером-расчетчиком, диспетчером автотранспортного цеха. А после ухода на пенсию еще трудилась няней в детском саду и уборщицей – никогда никакой работы не гнушалась».
Судьбы этих Александр во многом схожи. Мужей обеих женщин звали тоже Александрами. Оба они были очень увлеченными, разносторонне развитыми личностями. Один Александр — заядлый охотник и пчеловод (весь чапаевский поселок ходил к нему за опытом пасечника). А второй — добычливый рыбак и турист. Оба Александра ушли из жизни в возрасте 50 с небольшим лет (в 52 и 53 года), оставив вдовам по два ребенка.
У одной Александры две дочери, а у второй – два сына. Обе труженицы тыла награждены медалями «За доблестный труд в Великой Отечественной войне», «Ветеран труда», а Александра Запьянцева еще и медалью «За трудовое отличие».
Когда они разглядывали альбом с фотографиями, вспоминали многих своих подруг и сокрушенно вздыхали: «Вот Лика Сапожникова, она городская, как после войны уволилась, так мы с ней связь потеряли. А вот Маруся Лучкина, недавно ушла из жизни, а это Ольга Кумина. Тоже умерла. Это Вера Солдатова. Ее тоже нет. Сколько людей умерло. Только мы с тобой остались».
Интересуюсь, в чем секрет их долголетия. «Мы добрые, никому зла не делали и никого не обманывали. Много трудились и все время радовались жизни.
Галина Галочкина