Масленица! Праздник «хмельной, горластый». Его любят и величают «Госпожа честная Масленица». Говорят же в народе: «Хоть себя заложи, а Маслену потешь!». И «разорительница» она, и «разгульная», и «пьяная», и «обжорная». Ведь все дни Масленицы в старину проходили по уставленному порядку, каждый имел свое название и назначение. Вчерашний день, среду, издревле называли «Лакомка» – день, когда тещи угощают зятьев.

Сегодня четверг «Широкий» – день, когда Масленица действительно становилась широкой! На улицах чувствовалось приятное оживление. Народ катался на тройках, все пели, пили... Можно представить, сколько при этом съедалось блинов и выпивалось вина и водки. Это чрезмерное невоздержание, этот масленичный разгул объяснялся упорно державшимся старинным взглядом, что не потешиться в широкую Масленицу — значит «жить в горькой беде и жизнь худо кончить». После обильных застолий отправлялись в Зоологический сад с ледяных гор кататься, потом на кулачках биться – «блины вытряхивать».

Кулачные бои на Масленицу — отголосок древней военной потехи — были очень распространены. В них принимали участие мужчины без различия возраста и звания. А проводились они обычно тремя способами: один на один, стенка на стенку и свалка.

Гвоздем же масленичных потех бывали грандиозные катания на тройках. В Замоскворечье, на Рогожской и на Таганке, заселенных преимущественное богатыми торговыми людьми, и у Mосковских застав, где жили в основном ямщики, эти катания пользовались особенной славой. На породистых рысаках, и санях, украшенных пестрыми коврами и розанах, московское купечество выезжало напоказ. Мчались по ухабистой снежной дороге развеселые тройки, разряженные цветными лентами и бумажными цветами, цокали копыта коней с бубенцами под расписными дугами. Смех, свист, озорство, удаль... Тут же во время катания устраивались смотрины купеческих сынков и дочек для того, чтобы поженить их на Красную горку после Пасхи. А на Москве-реке, прямо напротив Кремля, проходили конные бега. Hа льду сооружали обнесенный изгородью круг для бегущих на приз лошадей, а набережные и мосты служили трибунами для любопытствующих. Какой потрясающий крик вырывался из тысяч грудей, какими оглушительными аплодисментами взрывалась публика, когда стройно несущаяся лихая тройка птицей быстролетной первая «подходила» к столбу! Ибо, как заметил современник, «есть что-то азартное в русской тройке, что-то опьяняющее — кажется, оторвала бы от земли и унесся за облака. Pусский человек любит тройку как что-то широкое, разгульное, удалое, что захватывает как вихрем, жжет душу огнем молодечества».

Вот так широко русский человек праздновал этот день. А пятница, названная в народе «Тещины вечерки» радовала душу россиянина совсем другими «забавами» ...Но об этом завтра.